৬৬ অনুমান

“время не ждёт， я пойду отдохну, и ты, младший брат, тоже ложись пораньше.” Сэ Сакурыч посмотрел на Клима с доверительным взглядом и направился к выходу из палатки.

Урсула, ничуть не смущаясь, повернулась к Шанхаю и произвела: «Ахай, ребенок немного дичится незнакомцев». Шанхай бросил косой взгляд на Урсулу, отчего та с кислым выражением лица отвернулась.

Большая гостиная никак не подходила для подобных разговоров, поэтому компания быстренько перекусила и разошлась по комнатам. После краткого знакомства старики из семейства Чжуан наконец-то всё поняли.

Именно поэтому стоило госпоже Ли разослать приглашения, как на банкет тотчас явилось столько гостей.

Сколько бы ни ломали головы эти два гения, превосходящих умом всех остальных, они так и не смогли сообразить, каким образом Лу Бу удалось разрешить столь сложную задачу.

Телефон непрерывно звонил, и не прошло и пяти минут, как комната полностью опустела.

Оставшиеся у подножия горы ученики и последователи, опомнившись, принялись разыскивать старших наставников из своих сект.

Подобно грозному небожителю, держащему пагоду, Шестиухий Макак с трудом удержал гигантскую обезьяну, в которую превратился Жэнь Цинлянь, и, используя инерцию, попытался с размаху бросить ее наземь.

Однако сейчас ее брови были гневно сдвинуты, а прекрасные глаза метали молнии; хотя это несколько нарушало ее привычную мягкую красоту, зато придавало дикую, необузданную прелесть.

Обычно обезьяны передвигаются на четвереньках, и то, как это создание все время шло на двух ногах, по их мнению, было под силу лишь тем мартышкам, которые обрели разум и стали демонами.

Ныне, находясь под управлением Пятиэлементного Даоса, опираясь на силу триединства и заручившись поддержкой воли Небесного Пути, он еще не успел полностью подчинить артефакт, но уже смутно ощущал то, что было сокрыто в самой его сердцевине.

С такой красотой, как у Ду Вэнь, и ее умением говорить именно то, что от нее хотят услышать, она, пожалуй, нашла бы родственную душу в лице Сунь Эрнян, едва познакомившись с ней.

Она как раз размышляла об этом, как вдруг зазвонил телефон. Увидев на экране имя Юй Сюаня, Фан Фэй подумала: «Что еще за новости?» — и поспешно ответила на вызов.

Столкнувшись с мятежниками, превосходившими их числом в несколько раз, стражники города с криками «Ни шагу назад!» примкнули штыки к энергетическим винтовкам и сошлись с врагом в жестокой рукопашной схватке.

Чэнь Цзяньфэн тихо приказал: «Вперед!» Летающий меч сорвался с места и молнией устремился к шее чудовища-оборотня.

Увидев, что Юй Сюань снова куда-то торопливо ушел, Чжан Мэн расплакалась в комнате от обиды, а мать Юя принялась ее утешать.

В конце концов Жэнь У остановил свой выбор на технике возвращения к первоистоку... разумеется, не потому, что она была самой дешевой, а потому, что подходила ему лучше всего.

После серии «дружелюбных» разъяснений Бэй Е наконец-то уяснил, что же именно здесь произошло.

Как только грандиозная стена завершила свое преображение, струйки проникающей сквозь пространство энергии заставили потоки демонического света закрутиться в обратную сторону, и все пространство мгновенно погрузился в хаос.

В этот момент она играла в маджонг у друзей. Получив звонок от младшего брата, она тут же бросила игру и выбежала наружу, чтобы ответить.

Слушая оправдания старика, Е Тянь не стал ломать комедию и кивнул. В конце концов, тайное проникновение в Царство Небесного Дракона было делом смертельно опасным, и дарованный стариком артефакт для спасения жизни пришелся как нельзя кстати. Даже если бы старик попросил об ответной услуге, Е Тянь счел бы это вполне справедливым.

Пусть она потеряла память и, возможно, уже не помнила свои медицинские навыки, ее доброе сердце осталось прежним.

«Кстати, учитель, вы говорили, что хотите обсудить с нами какое-то дело. Что именно?» Чжоу Бай и Чжан Цзыи одновременно кивнули. Они уже имели определенное представление об индустрии развлечений и, конечно же, не были настолько наивны, чтобы считать ее простой.

В этот момент У Фань высвободил духовное сознание и заметил, что оно простирается дальше обычного предела для практики на стадии Постижения Пустоты. Вместо стандартных десяти ли его сознание покрывало пятнадцать — на целых пять ли больше. Похоже, мощь духовного сознания возросла вдвое.

«Дух меча изначально способен устанавливать тончайшую связь с тем, кто держит клинок, вплоть до полного слияния. Тогда ты поймешь, что вовсе не являешься моим придатком, а представляешь собой самостоятельную личность. Зачем тебе так отчаянно гоняться за мнимой свободой?» — снова спросил У Фань.

А рядом с ним лежал Ма Хунцзюнь, который из-за полного истощения духовной энергии погрузился в глубокий обморок.

«Это та самая красная луна!» — среди всех присутствующих лишь Ли Куй сохранил относительное спокойствие. Глядя на зловеще мерцающую красную луну, он сухо произмолвил.

Стоило этим словам слететь с губ, как Цзинь Саньцянь и Вилда одновременно о чем-то вспомнили. Их лица переменились, и они в отчаянии хлопнули себя по лбу.

Все так и было: даже если у кого-то и возникали какие-то замыслы, никто бы не осмелился проявить их в присутствии почтенного императора.

Как бы то ни было, для Церкви Света это были отличные новости. Тьма давила на них слишком сильно, и теперь, когда силы Тьмы отступили, у них появилась передышка.

«Благодарю генерала! Благодарю генерала!» — поняв, что обман удался, Цзян Имин расплакался от избытка чувств и принялся отбивать поклоны. Поскольку спектакль требовал полной самоотдачи, он ничуть не стыдился своего унижения. Однако стоило ему отвернуться, как жалкое выражение сменилось ледяным — от прежней угодливости не осталось и следа.

«Нужно хотя бы пятьсот юаней», — Лей Сюин не стала просить больше, опасаясь, что Юнь Фэн откажет в займе. Взять сначала пятьсот, а потом понемногу вытягивать еще — если уж Юнь Фэн откажется дать деньги на лечение Юнь Чжэна, ее прославят на всю округу как черствую скрягу. Не даст — покроют позором, даст — деньги станут ее собственными, а на них удастся купить хоть какие-то лекарства, чтобы отделаться от Юнь Чжэна.

Продолжение преследования могло подорвать их основные силы. Не говоря уже о состоянии воинов, сами кони после такого марш-броска наверняка бы выдохлись окончательно.

В этот момент все движения Ци Фань совершал на одном дыхании! Он знал, что спешить нельзя, поэтому предельно хладнокровно прижался к стене и начал медленно пробираться в сторону источника звука.

Честно говоря, Мужун Чэнь все сильнее ощущал призрачность окружающего мира.

Покинув подземный мир самым обычным образом, Тан Фань вновь воспользовался Маской Суетного Мира и принял облик А И.

Услышав этот доклад, Цзян Цинь уже собирался отмахнуться и велеть выставить гостя за дверь, но, взглянув на имя на визитной карточке — Чжун Чжу из Чаншэ, — он замер.